Интересные факты из жизни знаменитостей
 Этапы развития благотворительности в России

Этапы развития благотворительности в России

Многие исследователи выделяют несколько этапов развития благотворительности в России. I этап...

Как новое поколение филантропов меняет мир

Как новое поколение филантропов меняет мир

Какие задачи ставят перед собой крупнейшие меценаты современности и как их...

  • Register

Почему Дойлы назвали сына Артуром Конаном?

22 мая 1859 года в столице Шотландии Эдинбурге в семье художника и архитектора Чарльза Алтамонта Дойла родился мальчик. Чарльз и его супруга Мэри горячо заспорили, как назвать младенца. Творческая натура Чарльз настаивал на том, что сын должен носить гордое имя Артур в честь героя британского эпоса. Мэри возражала: «Что толку нам от этой славы? Будем практичней, назовем его «Конан» в честь моего дядюшки Майкла Конана. Глядишь, мальчишке и перепадет что-то от дяди»…

В конце концов остановились на двойном имени – Артур Конан. А в церкви окрестили ребенка Игнатиусом. Впрочем, официальное имя Артур Игнатиус Конан практически нигде не упоминается, оно было, скорее, для официальных бумаг.

Чарльз был вполне приличным художником, пользовался определенным успехом у почитателей. Но его преследовала беда практически многих не до конца признанных творческих личностей – все чаще и чаще он мог приступать к написанию полотна, только приняв на грудь изрядную долю эля. А позже и этого перестало хватать – он догонялся с помощью виски.

Мэри ужасно переживала из-за запоев мужа, а потом поймала себя на мысли, что общество маленького сынишки нравится ей куда больше. В девичестве она много читала, а потому долгими вечерами часто пересказывала маленькому Артуру все, о чем успела узнать. Эти часы были самыми любимыми в жизни мальчика. Конечно, многих вещей он еще не понимал, но ему больше всего нравились рыцари и их подвиги. Кстати, любимой книгой Артура Конана стала «Охотники за скальпами» Майн Рида.

Между тем, дела у Чарльза шли, мягко говоря, не блестяще. Бывали времена, когда весь ужин составляли «три корочки хлеба». И тогда Мэри садилась у окна и писала длинные письма дядюшке Конану, обсуждая с ним будущее Артура, не уставая повторять, что мальчик горячо его любит. Иногда «этот номер проходил», и дядя высылал из Парижа немного денег. Но он и сам привык жить на широкую ногу, издавал шикарный «Журнал искусств», так что деньги перепадали нечасто.

Особая борьба между отцом, с одной стороны, и мамой с дядей, с другой, разгорелась, когда Артуру исполнилось 9 лет, и нужно было решать, как быть дальше. Чарльз особо настаивал на том, чтобы мальчик непременно стал бизнесменом. Но, во-первых, Артур не проявлял никаких блестящих способностей в математике, а без нее в бизнесе нельзя ступить и шагу. А, во-вторых, рассудительная Мэри знала, чем осадить мужа: «А ты будешь оплачивать его образование?» Этого Чарльз желал меньше всего. Зато дядя был готов потратиться, если Артур согласится посещать школу-интернат иезуитов. Выбирать не приходилось – в 1868 году будущий писатель уехал из отчего дома, чтобы позже появляться там только наездами: во время коротких каникул. Да и то не всегда – однажды он отправился на две недели в Лондон к тетушке Аннет и дяде Дику. Артуру так понравилось в столице туманного Альбиона, что он твердо решил для себя – если жить, то только в Лондоне.

Если кто думает, что в школе иезуитов готовили служителей культа, то это заблуждение. Конечно, здесь были свои требования, смирение буквально вбивалось с помощью телесных наказаний. Да еще питание было таким скудным, что невольно возникало ощущение, что материальная пища ничто по сравнению с духовной. И, тем не менее, воспитанникам даже не возбранялось заниматься спортом, чем Артур Конан сполна воспользовался – он был одним из лучших в интернате по части крикета и футбола. А постоянные физические упражнения на свежем воздухе способствовали тому, что парень вытянулся выше шести футов и мог смотреть практически на любого сверху вниз.

Но за крикетом и футболом Артур Конан не забывал и о творчестве. Его ценили как находчивого рассказчика, он писал неплохие стихи. Кроме того, у него были определенные познания в языках, 17-летним подростком он отправился в Германию, чтобы совершенствовать свое произношение, а на обратном пути на месяц заглянул в Париж к дядюшке Конану. Здесь он научился немного понимать по-французски.

К сожалению, дома дела обстояли все хуже и хуже. Отец допился до синих белочек, его поместили в клинику для умалишенных. Мать, чтобы более-менее сносно жить, пустила в дом квартиранта – окончившего медицинский факультет Эдинбургского университета. Под его влиянием туда же поступил и Артур Конан. В университете он иногда сталкивался с такими будущими светилами английской литературы, как Джеймс Барри и Роберт Луи Стивенсон. Но наибольшее впечатление на юношу произвел один из преподавателей – Джозеф Белл, который был мастером наблюдательности, логики, выводов и обнаружения ошибок. Именно он спустя несколько лет и станет прототипом Шерлока Холмса.

Дальнейшую биографию Артура Конана Дойла нет нужды пересказывать. Он стал доктором, участвовал в китобойной экспедиции в районе Северного Полярного Круга. Потом имел свою частную лечебную практику, благодаря которой познакомился со своей будущей женой Луизой. Воевал на англо-бурской войне, работая старшим врачом полевого госпиталя.

Сделать литературу основным источником своего заработка Артур Конан решил сразу после женитьбы. Но тогда это было, скорее, увлечение. А вот после того как будущий писатель тяжело заболел и несколько дней находился на грани жизни и смерти, он, наконец, принимает окончательное решение. О том, какие замечательные произведения из-под его пера вышли, наслышаны, наверное, все наши читатели.

Остается добавить, что в последние годы Артур Конан Дойл серьезно увлекся спиритизмом. Он скончался в понедельник, 7 июля 1930 года, окруженный его семейством. Его последние слова перед смертью были адресованы его второй жене (первая умерла в 1906 году). Он прошептал: «Вы замечательны»…

Он похоронен на кладбище Minstead Hampshire.
На могиле писателя высечены слова, завещанные им лично:
«Меня не поминайте с укоризной,
Если увлек рассказом хоть немного
И мужа, насмотревшегося жизни,
И мальчика, пред кем еще дорога…»

Современная благотворительность

История благотворительности

Форма входа

Делу гуманности гораздо лучше служат те бизнесмены, которым нравится их занятие, чем те, кто трудится лишь для того, чтоб основать больницу.
Алфред Уайтхед