Интересные факты из жизни знаменитостей
 Этапы развития благотворительности в России

Этапы развития благотворительности в России

Многие исследователи выделяют несколько этапов развития благотворительности в России. I этап...

Как новое поколение филантропов меняет мир

Как новое поколение филантропов меняет мир

Какие задачи ставят перед собой крупнейшие меценаты современности и как их...

  • Register

Что бывало, когда на войне внезапно «снарядом руку отхватило»?

До апреля нынешнего года я никогда и ничего не слышал о поэте Иване Антонове, чуть раньше узнал о Юрии Асмолове, и только сегодня мне рассказали о том, что есть такой поэт, как Вадим Ковда. Вернее, он мне уже встречался, его биография, но посмотреть стихи руки не дошли. А между тем, даже если бы вышеперечисленные поэты написали бы только по одному стихотворению, только по паре строчек, все равно остались бы в памяти народной. Этим трем поэтам мы и посвятим ближайшие выпуски «Антологии отечественной поэзии».

Ивану Антонову было всего два года, когда его отец ушел на фронт Первой мировой. Не повезло: сложил голову в первый же год войны, в 1914-м. Мать поднимала сына в одиночку. Справилась, помогла получить образование, радовалась тому, что Ваня окончил педагогический институт, начал работать учителем. Мечтала о том, что сын сам вот-вот женится, нарожает с женой детишек, которых он так любил.

Не получилось. 22-летним Иван был призван в ряды Красной Армии, здесь ему «наука побеждать» давалась легко, потому что трудностей он никогда не боялся. Из него получился отличный боец, который не терялся в любой, даже самой сложной ситуации.

С первых дней Великой Отечественной войны на фронте. Сам попросился в разведку, потому что воевал под Ленинградом, в местах, знакомых ему с детства. При выполнении боевой задачи был очень расчетлив, без нужды не рисковал, мог «языка» из-под земли достать. Причем, старался «приводить» офицеров, способных дать ценные сведения. Об Антонове знали по обе стороны фронта: и свои, и чужие.

Однажды в разведке его тяжело ранило, перебило обе ноги. Гитлеровцы наседали, а потому Иван, как «нетранспортабельный», сам вызвался прикрывать отход разведгруппы, рассчитывая в случае чего рвануть гранату, если фашисты его обступят.

До гранаты дело не дошло: он потерял сознание спустя четверть часа после начала боя, от потери крови. Успев перед этим отправить к праотцам почти весь взвод захватчиков, во главе с офицером. Это разъярило гитлеровцев. Они не очень-то поверили в то, что «русский дьявол» мог умереть, а потому искололи штыком тело, пару раз двинули прикладом по лицу, да еще и «перекрестили» автоматной очередью.

Но видно святой Петр наглухо закрыл перед Антоновым ворота в рай: рано, мол, еще, ты своего последнего слова не сказал. Жизнь в нем едва теплилась, когда Ивана подобрали. Хорошо, что свои, а не чужие: лагерные пытки он вряд ли бы выдержал. А так цеплялся за жизнь, скрипел, не раскисал даже тогда, когда делали операции на ногах. «Терпи, герой, – попросил хирург в полевом госпитале. – «Ноги отнять можно запросто, а чтобы их сохранить, нужно, братишка, помучаться…»

Братишка помучался. Несмотря на тяжелое ранение, выкарабкался. Начал мирную жизнь. А о войне у Ивана Павловича остались «кровоточащие» строки:

Снарядом руку отхватило.
Солдат не охнул и не скис.
Он побелел.
Его мутило.
Но сил и мужества хватило
Поднять оторванную кисть.
Весь взвод был явно озадачен,
И сам он словно удивлен,
Что вот не стонет и не плачет,
А вроде чем-то оскорблен.
– Да! – произнес солдат с досадой, –
Ловка была,
Как черт сильна.
Какой руки лишили, гады,
Как воевать теперь?
А надо.
Еще не кончилась война.

Впрочем, жизнь наладилась. Когда парни, вернувшиеся с войны, наперечет, девушки никогда не дремлют. Встретил суженую, родила ему дочь и двух сыновей. На волне всепоглощающей любви и начали рождаться строки. Вначале война не отпускала, как кусочки янтаря из Балтийского моря, выдавливала щемящие строки.

Ответ сыну
– А солдаты, на фронте плакали?
Вопрос сына

В бою солдатам не до слез.
Они их в сердце где-то прячут.
И все же, как солдаты плачут,
Мне в жизни видеть довелось.
Весна шумела над Невой,
А над Берлином бушевала
Гроза
И думать не давала,
Что мы идем в последний бой.
Но вот погас огонь орудий,
И в непривычной тишине
Вначале показалось мне:
В глубоком сне земля и люди.
Весны сиреневый настой,
Еще дымясь, земля глотала,
И у речного краснотала
Туман бродил в траве густой.
И люди, глядя на рейхстаг,
Окаменели.
Поражались,
Как двое из солдат старались
Установить крылатый флаг.
И вдруг все снова загудело:
– Победа!
– Кончилась война!
И даже строгий старшина,
Водивший нас в атаки смело,
Не по уставу подобрел,
Раздав вино своим солдатам,
Схватил в объятия комбата,
А сам…
По-детски заревел.
Вот так, мой сын,
Солдаты плачут,
Навзрыд,
Друг друга горяча,
Целуясь, радуясь, крича –
И слез своих они не прячут.

У Ивана Антонова, по моим сведениям, вышло 8 сборников стихов, несколько последних – детские. Выпускал их, практически все, в Ленинграде, потому что жил все это время в Ленинградской области. Фронтовые заслуги не выпячивал, жил скромно. И, право, жаль, что эти сборники днем с огнем не отыщешь в библиотеках. Но «рукописи» не горят, и образ русского солдата, который продолжает жить даже после того, как поднимает с земли оторванную кисть, или выкарабкивается после того, как горячая автоматная очередь разрывает в клочья плоть, навсегда останется в нашем сознании.

В прошлом году Ивану Павловичу исполнилось бы 95. Он умер в самом начале новой экономической формации, в 1991 году. Может, и хорошо, что не застал наши «смутные» времена середины 90-х, когда все идеалы рушились…

Современная благотворительность

История благотворительности

Форма входа

Делу гуманности гораздо лучше служат те бизнесмены, которым нравится их занятие, чем те, кто трудится лишь для того, чтоб основать больницу.
Алфред Уайтхед