Истории из жизни
 Этапы развития благотворительности в России

Этапы развития благотворительности в России

Многие исследователи выделяют несколько этапов развития благотворительности в России. I этап...

Как новое поколение филантропов меняет мир

Как новое поколение филантропов меняет мир

Какие задачи ставят перед собой крупнейшие меценаты современности и как их...

  • Register

«Рокоссовский к нам на завод заезжал, поцеловал меня за хорошую работу»

Продолжаем серию «Старики о себе и о жизни». Прасковье Ивановне Шигаревой – 94. Она вспоминает, как купала утят в деревенском пруду, провожала на войну жениха, пряталась в метро во время бомбежки и растила чужого шестилетнего мальчика.

«Рокоссовский к нам на завод заезжал, поцеловал меня за хорошую работу»

Еду в поселок с непонятным сегодня названием «Поселок имени Цюрупы». Под ногами – изморозь. Кругом – деревянные дома. Некоторые с повалившимся темным забором, некоторые только что выкрашенные, яркие. Подхожу к больнице. Кирпичная двухэтажка. Блеклый такой кирпич. На территории – сосны и голые березы. Ни души.

***
- Прасковья Ивановна? А вон она сидит, у окна.

Синий халат с фиолетовыми цветками. Из-под халата виднеется подол ночнушки. Белый платок, выбиваются седые волоски. На тумбочке – коричневый гребень с отломанным зубчиком.

- Я родилась в Тамбовской области. В селе Мучкап. Большое село было. Я в семье седьмая, младшенькая. У меня было четверо братьев и две сестры. Родители уходили на работу, а мы одни оставались. Нам по 5-7 лет было. Занимались — курами-гусями-утками. Утки были противные. Утята, другое дело, хорошенькие. Их на воду отнесешь, они поплавают, а потом их ищешь. Пикают, пикают, а найти их не можешь. Ноги все в осоке изрежешь, пока их найдешь. А когда подрастут – сами к воде бегут. Теленка на прикол отводили. В одном месте пощиплет травку, в другое место ведем. И цыплят смотрим, чтобы их коршун не сцапал.

Папа наш строгим был, его все слушались. Он был мастером на все руки – и печник хороший, и каменщик, и маляр.

До 4-го класса мы в школу ходили за километр. А с 5 по 7 класс – за семь километров. И в дождь, и в грязь, и в снег. Когда большие сугробы – проедет кто-нибудь на санях – проложит дорожку.

Помню, в классе у нас один мальчик хулиганистый был. Сидел на задней парте. Все никак не угомонится. Бегает по классу. Учительница говорит – «Сядь на место!» А он ни в какую. Я подошла к нему – и портфелем его по спине как ударю.

Я с мальчишками все время дралась. Они за косички нас дергали. Особенно когда в косы ленты были вплетены. Все девчонки носили платья. Даже в холод. А как только сойдет снег с лужайки, мы уже босиком бегаем.

А еще у нас волки водились. Я их не раз видела.

«Рокоссовский к нам на завод заезжал, поцеловал меня за хорошую работу»К.К.Рокоссовский.
Когда началась война, мне было 22. Я в Авиационном техникуме училась в Москве. Доучиться не успела. Всех молодых технологов и конструкторов согнали к станку. Работали всю войну. Изготавливали моторы для самолетов-истребителей. В 1943 году Рокоссовский к нам заезжал. Поцеловал меня в щечку за хорошую работу.

Замужем я не была. Как полюбила одного человека, так и на всю жизнь. Мы дружили с одним парнем – Георгием. Я его Жоржиком звала. Мы познакомились в техникуме. Ходили за ручку, он в кино меня водил. Когда в армию его провожала, он спросил: «Будешь меня ждать?» Я ответила: «Буду». Он проводил меня до техникума. Так и расстались.

Я ждала – а его все нет и нет. Думала он погиб.

Уже после войны мы с подругой встретили его в кино. Я подхожу и глазам не верю – Жоржик. Я шепчу: «Дождалась, дождалась». Он смотрит, не понимает. Не узнает. Тогда я была девчонка, стрижка короткая, а сейчас волосы длинные, золотистые. Я подождала его, он три билета взял. Матери, себе и жене. Оказывается, его на войне ранило. Ампутировали руку. За ним ухаживала одна медсестра. На ней и женился. У меня ни одной карточки его не осталось – все порвала.

Трое братьев погибли на войне, один только вернулся. А у них у всех – дети. Они тогда жили недалеко от Москвы, в Томилино. Я должна была их поднимать.

В Москве во время войны было страшно. То бомбежка, то взрыв. Немцы сбрасывали зажигательные бомбы прямо на пятиэтажки. Когда бомбили, мы пряталась в бомбоубежища в метро. Помню, начали бомбить. Я была в общежитии у подруги. Думаем – а зачем идти в бомбоубежище, какая разница. Взяли матрас, положили на пол и легли прямо в парадной, у двери.

Продукты нам выдавали по карточкам. Но голод все равно был. У сестры мальчик в 38 году родился. Она хлебушек ему как-то оставила, а ночью так кушать захотелось, — утром на работу идти. Решила – «Ладно, съем, а наутро получу и сыну дам». Съела этот хлебушек, а сын увидел, что хлеба нет. И на следующий день перепрятал кусочек, чтобы мамка не съела.

После войны я устроилась в цех, мы там делали пылесосы, люстры. Я любила гулять по Москве – ходила на ВДНХ или в Парк Горького, там пруды небольшие, можно было лодочку взять и поплавать. Еще я любила Сокольники и Измайловский парк. Ездила туда на трамвае.

Занималась спортом – бегала, ходила на легкую атлетику, гимнастику. А еще в походы ходила – в Дагомысе была, 16 килограммов за плечами носила, а в Красноярске по тайге ходили. В тайге на горку поднимаешься, как по лестнице. Все выше и выше. Смотришь, а впереди – бескрайний горизонт, как море, и всюду – трава.

Когда я уже была на пенсии, ко мне в квартиру пришел мальчик. Я его знала. Мой племянник дружил с его матерью. Они бывали у меня дома. Мальчику было шесть лет, он приехал ко мне сам, автобусом. Голодный был, два дня ничего не ел. Мамка его бросила. Так он и остался у меня. Я его вырастила. Сейчас ему 28. Он меня навещает. А недавно племянники звонили, хотели приехать, а я их отговорила: «Не надо приезжать. Дороги все перегружены, пробки».

«Рокоссовский к нам на завод заезжал, поцеловал меня за хорошую работу»

- А можно вас сфотографировать?

- Подождите, я сейчас зубы надену!

Вынимает зубные протезы из банки с надписью «Цикорий». Улыбается.

- Я вас не вижу, у меня один глаз совсем ослеп, вижу только ваше очертание.

Валерия ГРЕЧИНА

 

Современная благотворительность

История благотворительности

Форма входа

Пусть лучше бизнесмены ведут свое дело честно, чем отдают часть сверхприбыли на благотворительность.
Теодор Рузвельт